Юмористические выступления Михаила Задорнова, Евгения Петросяна и Михаила Жванецкого, сольные концерты Григория Лепса, Дианы Арбениной, классика от Дениса Мацуева и Владимира Спивакова, день рождение Иосифа Кобзона, концерты Александра Розенбаума и других шансонье.
Репертуарные спектакли Ленкома. Премьеры. Знаменитая "Юнона и Авось" и уже популярная "Аквитанская львица". Консультируем по любым вопросам, деликатный подход к каждому клиенту, оперативная доставка. Постоянным клиентам-скидки. При покупки более 4-х билетов на любой спектакль театра Ленком-скидки!
Вы можете оперативно заказать билeт на спектакль "Похождение" с этой страницы, нажав на кнопку после описания события, и вы сразу попадёте в форму заказа билeтов на спектакль "Похождение". В данной форме вы сможете оставить свои пожелания к заказу билeтов.
ПОХОЖДЕНИЕ, составленное по поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»
Постановка: Миндаугас Карбаускис
Сценография: Сергей Бархин
Костюмы: заслуженный художник РФ Светлана Калинина
Художник по свету: заслуженный деятель искусств РФ Дамир Исмагилов
Композитор: Гиедрюс Пускунигис
Помощник режиссера: Наталия Рыковская
Возможно ли в двухчасовом спектакле представить все, что рассказал нам Гоголь в «Мертвых душах»? Оказывается, да. Миндаугасу Карбаускису, предпочитающему малую форму в театре, даже огромную поэму удается рассказать запросто, без антракта, без единой паузы.
На сцене мы видим все, что хорошо известно нам со школьной скамьи: маленького и взрослого Чичикова, его визиты к помещикам, уездный город и его обитателей и даже знаменитую птицу-тройку — Русь. Удивительна способность молодого прибалтийского режиссера почувствовать и точно изобразить русский быт и русские нравы.
Чичиков Сергея Безрукова, по словам А. Соколянского, «умеет как-то вдруг замечательно скорчиться, съежиться и просеменить к собеседнику на цыпочках, высоко вскидывая согнутые в коленях ноги». И действительно, образ созданный актером и режиссером, крайне необычен и, наверное, отличается от наших представлений о Чичикове, но подкупает именно своей необычностью и непредсказуемостью.
Распределение, сделанное Карбаускисом, на первый взгляд кажется немного странным: Манилов — Алексей Усольцев, Собакевич — Борис Плотников, Ноздрёв — Дмитрий Куличков, Плюшкин — Олег Табаков… Но у режиссера все выверено до миллиметра, и каждый герой предстает перед зрителем цельным, органичным и поистине живым, сотканным из плоти и крови человеком.
Карбаускис приглашает нас в удивительное двухчасовое путешествие по Руси, во время которого станут немного яснее загадочные русские души, мотивы противоречивых поступков и самая русская жизнь с ее чавкающей грязью под ногами и бескрайними просторами.
Продолжительность спектакля: 2 часа без антракта
Заказ билетов на спектакль "Похождение"
Обработка заказов на билeты в тeатры ведётся с 9-00 до 22-00!
Заказ билeтов на спектакль "Похождение" осуществляется круглосуточно. Если у вас возникли вопросы или пожелания по улучшению работы нашего коллектива, просим вас оставлять пожелания в форме заказа билeтов на спектакль "Похождение" в поле "Дополнительно" или посылать по электронной почте: admin@vipteatr.ru.
Действующие лица и исполнители:
Павел Иванович Чичиков - Сергей Безруков
Манилов, помещик - Алексей Усольцев
Собакевич, помещик - Борис Плотников
Плюшкин, помещик - Олег Табаков
Ноздрев, помещик - Дмитрий Куличков
Коробочка, помещица - Ольга Блок-Миримская
Дама - Ольга Барнет
Губернатор - Александр Воробьев
Прокурор - Алексей Золотницкий
Полицмейстер - Алексей Комашко
Секретарь опекунского совета - Александр Скотников
Селифан - Владимир Панков
Петрушка - Николай Иванов
Пресса о спектакле
Стул, помещик, баба
Дина Годер
Давно не напускали такого туману. До самой премьеры «Табакерка» темнила, никто так и не знал распределение ролей в «Похождении». Газетные анонсы в растерянности предлагали зрителям самим разложить пасьянс: известно, что поставлено по «Мертвым душам» и Чичикова будет играть Сергей Безруков, а дальше – Олег Табаков, Борис Плотников, Дмитрий Куличков… Кто – кого, догадайтесь сами. Действительно непонятно. Вот Табаков в молодости был совершеннейший Чичиков. Ноздрев тоже был его ролью. А сейчас?
Миндаугас Карбаускис, режиссер, считающийся самым вдумчивым и серьезным в сегодняшнем младшем поколении, карт не раскрывал, а в одном из допремьерных интервью говорил, что думает, будто «Мертвые души» «должен делать нерусский человек, с другим менталитетом. Может, потому что это написано не в России, ведь взгляд Гоголя находится под влиянием другой культуры».
Ясно было, что это станет важным для спектакля литовца: взгляд чужака на Россию. Так и случилось. Взгляд, лишенный сентиментальности, но полный холодноватого изумления. И непонимания.
По авансцене идет дорога глубокой раскисшей грязи: «Почва была глиниста и цепка необыкновенно», – писал Гоголь. Вдоль нее рядком выставлены валенки с калошами – выходя на дорогу, все надевают их прямо на обувь и дальше нелепо ковыляют, с громким чавканьем вытаскивая ноги из грязи. Спектакль начинается с того, что родители провожают в школу малыша в огромном картузе. Из-за кулис он выходит уже Чичиковым–Безруковым, в том же картузе и сопровождении Селифана с Петрушкой. Дальше – коротенькая экспозиция, где герой узнает, что, оказывается, мертвые души тоже можно закладывать, и – вперед, по помещикам.
До премьеры говорили, что инсценировка «Мертвых душ» у Карбаускиса – булгаковская, та самая, которую он писал по заказу Художественного театра в начале 30-х. В программке это уже не пишут.
Видимо, потому, что от текста Булгакова остался один скелет: нет ни комментатора, выполнявшего в инсценировке роль автора, ни длинных обстоятельных разговоров, ни многочисленных городских чиновников и дам. Эта Россия какая-то совершенно пустая. Вот появился Чичиков рядом с загораживавшей всю сцену огромной ободранной стеной, вошел в дверь, стена отодвинулась, а там – ступенька вверх и все те же лысые стены, наружу рейками, в кляксах старой шпатлевки и обрывках обоев (художник – Сергей Бархин). Это дом очередного помещика. А вот и сам он, вместе с женой или служанкой. Вещей, кроме стола и стула, нет. Короткий разговор о мертвых душах. Отъезжает следующая стена, шаг на ступеньку вверх: тот же стол и стул, те же стены, другой помещик с бабой.
Снова о душах. Поехала третья стена. Шаг в глубину и вверх: стены, стол, стул, помещик, баба.
Манилова играет завитый бараном молодой Алексей Усольцев. Он курит трубку и подолгу, взасос целует жену. Собакевич – высокий и худой Борис Плотников, которого те, кто играл в угадалки, прочили на Плюшкина. Ничего того, что мы привыкли думать про этого вырубленного топором грубияна, нет. Собакевич – просто брюзга и зануда. Плюшкин – Табаков. Неожиданно (для героя, а не для Табакова) витальный, сентиментальный и смешливый. Расчувствовавшись, поет жестокий романс. Вспомнив дочь, умиляется: «Приехала с двумя малютками, они ручонки тянут: деда, деда!» Ничего этого, конечно, у Булгакова не было. Ноздрев – Дмитрий Куличков. Он все время сует голову в шайку с водой. Коробочка – Ольга Блок-Миримская.
Спектакль совсем короткий – он идет всего два часа без антракта, но ощущение, что тянется бесконечно. Из него будто выкачан воздух, и актеры в этой пустоте плавают растерянно и медленно, как в невесомости, не имея, за что ухватиться.
Разве что Чичиков – Безруков, который все время пытается как-то их убыстрить, ходит ходуном: семенит, подсигивает, сучит ногами-руками, и на всякий его прыжок откуда-то с галерки раздается одинокий смех кого-то из поклонниц телезвезды. Но вообще-то смеяться в этом спектакле не над чем (если не говорить о Табакове, который как всегда по-свойски обживает любой, даже самый холодный режиссерский рисунок). История получается странная и тягостная, безо всякого развития, если не считать развития декораций: вот бежал-бежал Чичиков, торопливо окучивая по дороге помещиков, куда-то вперед и вверх, будто к какой-то высокой цели. А там открылись последние, центральные двери и мы увидели в луче света три настоящие лошадиные головы. Они фыркали и ели из ведер овес. Это была та самая птица-тройка, символ России.
Я, признаться, давно не видела такого мучительно-невнятного спектакля, как эта постановка Карбаускиса. Спектаклей глупых, бессмысленных, халтурных – сколько угодно. Не было такого, как этот, где видно, что режиссер имеет мысль, но, будто косноязычный человек, никак не может ее высказать: заикается, показывает жестами, багровеет, страдает… А с ним страдаем все мы, в отчаяньи пытаясь догадаться, что он имеет в виду: грязная Россия? спящая? бездельная? Огромные ли ее пустые пространства его пугают? Бог знает, что видится в ней человеку, специально подчеркивающему, что у него другой менталитет.
Олег Табаков побаловался Плюшкиным
РОМАН ДОЛЖАНСКИЙ
Есть хорошие режиссеры, чьи спектакли даже внешне похожи как близнецы: взглянешь на сцену и понимаешь – поставил такой-то. Есть таланты, которые намеренно заметают следы, пытаясь оставаться неузнанными. Кто-то выдает себя набором шрифтов, кто-то – наклоном букв, кто-то – постоянством мотивов. Чем успешнее и последовательнее человек сначала заявляет, а потом развивает свой стиль, тем интереснее гадать над его работами. В "Похождении" не узнать Миндаугаса Карбаускиса. И дело вовсе не в том, что спектакль не получился (внезапная неудача серьезного режиссера иногда интереснее дежурной удачи), а в том, что на сцене видно мало следов осмысленных усилий, каковые обычно просматриваются в его работах. Взять хотя бы изящно и неожиданно придуманный "Рассказ о семи повешенных", выпущенный в "Табакерке" ранее в этом сезоне.
Спектакль "Похождение" лишь "обрамлен" заявками на смысл – причем как во времени, так и в пространстве. Искры замысла пробегают между прологом и эпилогом, между аван- и арьерсценой. В начале спектакля родители Павлика Чичикова отправляют своего сына в большую жизнь: дают мальчику в руки большой кожаный портфель и грустно глядят вослед. В финале вновь появляется малолетний Чичиков и грустно бредет с портфелем между неподвижными персонажами "Мертвых душ", мирно спящими в старинных креслах. Идет он от авансцены, которая представляет собой емкость с вязкой черной грязью, вглубь, туда, где за большими дверями являются посреди спектакля три настоящих лошади, мирно фыркающие и жующие сено.
Пожалуйте-ка погадать на досуге, что сей сон означает. То ли то, что распрягли наконец Русь-тройку, не несется она больше никуда, пугая встречные народы и государства, а месит теперь грязь в своей обшарпанной конюшне. То ли то, что вся пресловутая гоголевская Россия не более чем сон детского разума, порождающий чудовищ. Впрочем, строить догадки о замысле спектакля – неблагодарное занятие. Потому что между рамками нет ничего, кроме набора общих мест и общедоступных развлечений. К общим местам можно отнести то, как сыграны в спектакле губернские чиновники и Ноздрев (Дмитрий Куличков) с Маниловым (Алексей Усольцев). Туда же занесем и способ движения спектакля вдоль сюжета. Художник Сергей Бархин разделил сцену на слои, спрятанные за массивным порталом: после того как Чичиков отодвигает вбок очередную стену, за ней обнаруживается следующий помещик и деталь мебели.
Честно говоря, грязь можно и не намешивать, да и наверняка дорогостоящая затея с привозом в театр животных есть пока не что иное как выброс денег на ветер. Потому что главную приманку для публики в этом проекте составляют все-таки общедоступные удовольствия. Зачем Миндаугас Карбаускис согласился взять на себя ответственность за их организацию, для меня остается неприятной тайной.
Есть известное выражение для обозначения актерского поведения – "хлопочет лицом". Сергей Безруков в роли Чичикова хлопочет не только лицом. Перечисление жестов, гримас и перемещений конечностей в пространстве, которые проделывает господин Безруков, заняло бы несколько страниц. Во время спектакля я даже начал торопливо составлять на бумажке их реестр – мне вдруг показалось, что из него может образоваться краткая энциклопедия для театральных вузов по "методу физических действий". Но потом я бросил записи. И не столько потому, что ужимки и прыжки стали в конце концов повторяться. А потому, что они никак не желали складываться в какую-то последовательность, в читаемую тему. Они так и не превратились в роль, оставшись неосмысленным и потому утомительным набором голосо- и телодвижений.
Спектакль достигает своего апофеоза, когда на сцене встречаются два супертяжеловеса рейтингов популярности – Сергей Безруков и Олег Табаков, играющий Плюшкина. (Надо сказать, что господин Карбаускис зачем-то "разменял" актеров Табакова и Плотникова. Борис Плотников, которого легко представить себе в роли Плюшкина, сыграл Собакевича, а худруку МХТ отдали роль "прорехи на человечестве"; якобы оригинальность обернулась неудобством.) Поединок идет без правил, без руля и без ветрил, без Гоголя и без Карбаускиса. Честно говоря, в какой-то момент этой сцены я почувствовал легкое головокружение, потому что совсем перестал понимать, Табаков ли это говорит голосом Безрукова, или Безруков – голосом Табакова, или они оба говорят каким-то третьим голосом. Видимо, это та область частот, в которой звезды напрямую общаются со своим электоратом, и театральным обозревателям в эти диапазоны лезть нечего – аппаратура не фиксирует.
Мне кажется, что в современной театральной ситуации и серьезным режиссерам скоро тоже нечего будет делать в указанных диапазонах. Раньше ведь как происходило: стоило обнародовать факт неожиданного сотрудничества ответственного, самостоятельного режиссера с кумиром миллионов, как все принимались делать ставки: сумеет ли этот постановщик поработать так, чтобы содрать с артиста штампы, обнаружить настоящее лицо, повернуть неожиданной стороной и т. д. Сегодня и ставки делать не надо, не сможет, потому что штампы игры и штампы с цифрами на билетах слишком связаны. Ну и ладно. Может быть и заключается в этом какая-то сермяжная правда: чтобы одни бесчинствовали на кассовых площадках, а другие колдовали в подвалах.
Уважаемые посетители сайта VipTeatr.Ru! В этом разделе вы можете прочитать отзывы других зрителей о спектакле "Похождение", а также оставить свой собственный. Благодарим за проявленный интерес к нашему сайту!
