Юмористические выступления Михаила Задорнова, Евгения Петросяна и Михаила Жванецкого, сольные концерты Григория Лепса, Дианы Арбениной, классика от Дениса Мацуева и Владимира Спивакова, день рождение Иосифа Кобзона, концерты Александра Розенбаума и других шансонье.
Репертуарные спектакли Ленкома. Премьеры. Знаменитая "Юнона и Авось" и уже популярная "Аквитанская львица". Консультируем по любым вопросам, деликатный подход к каждому клиенту, оперативная доставка. Постоянным клиентам-скидки. При покупки более 4-х билетов на любой спектакль театра Ленком-скидки!
Вы можете оперативно заказать билeт на спектакль "Бог" с этой страницы, нажав на кнопку после описания события, и вы сразу попадёте в форму заказа билeтов на спектакль "Бог". В данной форме вы сможете оставить свои пожелания к заказу билeтов.
"Бог"
Древнегреческий домашний спектакль
Режиссер-постановщик - Виктор Шамиров
Художник - Алексей Кондратьев
Художник по костюмам - Андрей Климов
Вуди Аллен – признанный гений современной драматургии и кинематографа. Его фильмы появляются на широком экране с завидным постоянством, но при этом его творения не так часто можно увидеть на сцене театра. Режиссеры не спешат браться за пьесы этого автора. Конечно, это не классика, это новая драматургия, которая далеко не всегда приходится по душе критике. Но Виктора Шамирова просто невозможно испугать отрицательными рецензиями. Именно он поставил пьесу Аллена «Бог» под крышей «Театра имени Моссовета». И билеты на этот спектакль всегда пользуются спросом, а это значит, что не всегда мнение критики совпадает с мнением зрителя.
Виктор Шамиров – ученик Марка Захарова, у которого никогда не возникало сомнений в таланте молодого режиссера. Спектакли, поставленные В. Шамировым никогда не оставались в тени, так как ни театралы-любители, ни ревностные критики не могут остаться равнодушными к увиденному. Как говорится, не так важно, что пишут о спектакле, главное, чтобы писали. Гораздо хуже, если работа творческого коллектива останется незамеченной. Им были поставлены спектакли в «Независимом театральном проекте» («Трактирщица», «Ladies' Night», «Театре Советской армии» («Дон Жуан»), «Театре Станиславского» («Маскарад»).
«Бог» - это пьеса-притча, в которой театр античной Греции заново рождается на современной сцене. При этом сценическое искусство разных периодов, которые разделяют века, не противопоставлены друг другу, а тесно соприкасаются. Здесь философское и социальное содержание сливаются воедино и вполне гармонично сочетаются.
В новой работе довольно скандального режиссера герои - древнегреческий автор Диабетус (В. Шамиров) и актер Гепатитус (Г. Куценко) – появляются на сцене в хитонах и хламидах, тем самым ссылаясь на незыблемые театральные традиции Древней Греции. В спектакле центральное место занимает дискуссия о театре, о сцене, о назначении драматургии. Даже из уст древнегреческого драматурга, который хочет поставить лучшую трагедию, эти слова звучат достаточно актуально. Он мечтает стать обладателям первого приза театральной Олимпиады, да и современные драматурги преследуют схожие цели. Но если в античные времена существовали критерии, которые определяли успех постановки, то теперь представления о необходимых элементах в пьесе стерты. Теперь разрешается все, больше не существует никаких ограничений, ведь deus ex machina, тот самый сценический бог, дух театра, уже давно умер.
После антракта, во время которого всех потчуют вином, на суд зрителя выносится та самая трагедия – результат стараний Диабетуса. Здесь появляется и древнегреческий бог (А. Яцко), читающий оду Державина «Бог», попивая вино, и раб, который отказывается от освобождения, и хор, произносящий патетические речи, и подставные зрители, неожиданно выходящие из партера на сцену… В результате получается полная неразбериха, которая заставляет зрителя смеяться.
Современность накладывается на прошлое, рождая новый вид искусства, который именуется театром абсурда. К этому явлению в культуре можно относиться по-разному, но нельзя отрицать того, что именно время здесь диктует свои правила. Такова наша жизнь, и почему бы не посмеяться над всем происходящем? Ведь взглянув на себя и на мир вокруг с иронией, гораздо проще его понять и принять.
Спектакль по пьесе Вуди Аллена не может быть скучным. Высокое здесь подменяется обыденным и будничным, что влечет за собой много неожиданных моментов. Поэтому, покупая билеты на спектакль «Бог» в «Театр имени Моссовета», будьте готовы к любому повороту событий.
Заказать билеты на спектакль «Бог»
Обработка заказов на билeты в тeатры ведётся с 9-00 до 22-00!
Заказ билeтов на спектакль "Бог" осуществляется круглосуточно. Если у вас возникли вопросы или пожелания по улучшению работы нашего коллектива, просим вас оставлять пожелания в форме заказа билeтов на спектакль "Бог" в поле "Дополнительно" или посылать по электронной почте: admin@vipteatr.ru
Действующие лица и исполнители:
Актер, Раб - Гоша Куценко
Динара - Яна Львова
Творец, Царь - Александр Яцко
Хор - Нина Коновалова
Грек, Страж - Валерий Яременко
Сын, Спартанец, Хозяин - Павел Савинков
Автор - Виктор Шамиров
Пресса о спектакле
«Никогда, сука, первую премию не дадут», - кривится Виктор Шамиров, и публика смеется. Шамиров играет древнегреческого драматурга, халтурщика и халявщика, но эту реплику он произносит от себя лично – он тоже пишет пьесы и тоже получает за них вечно вторые премии, утешительные призы. «Я звезда, между прочим», - злится Гоша Куценко. Куценко играет древнегреческого актера, халтурщика и халявщика, но, понятное дело, эти слова он говорит от себя. Текст «Бога» написал Вуди Аллен, но Шамиров приспособил его на себя и на актеров так, что он сидит на них как вторая кожа.
Сюжет в том, что драмодел и актер, Гепатитис с Артритисом, готовят пьесу для афинского театрального фестиваля, собираясь конкурировать с Софоклом и Еврипидом. Ничего у них не выходит: автор не может придумать эффектный финал, актер мучается похмельем. Но тут появляется изобретатель с огромным деревянным устройством и рассказывает, что придумал «бога из машины» - его явление позволяет обеспечить финал любой пьесе. «Уже Софокл мне бога заказал, а Еврипид – сразу двух», - хвастается механик. Наши халтурщики, конечно, страшно увлекаются этой идеей. Нам предстоит увидеть наскоро сляпанную ими пьесу, заканчивающуюся явлением бога из машины. Но в самый ответственный момент машина ломается…
В «Боге» много отличных шуток, но почти все они собраны в первом акте. Здесь и идиотская деревянная машина, и недоумок, изображающий бога, и девушка из зала, которая спускается на сцену и вступает в игру, и великое множество околотеатральных шуточек. Второй акт куда скучнее. Но зато во втором акте зрителей угощают «древнегреческим» красненьким, а еще Гоша Куценко целует понравившихся ему девушек в первом ряду. Так что стоит остаться.
//04.01.2005 Виктория Никифорова
Быть Вуди Алленом
Кинокритики всего мира не раз писали про театральность фильмов Вуди Аллена. Множество остроумных диалогов и минимум действия - хоть сейчас бери да переноси на сцену. Но отчего-то к текстам Аллена отечественный театр обращается редко. Режиссер Виктор Шамиров взялся восполнить этот досадный пробел - на сцене «Под крышей» Театра имени Моссовета сыграли пьесу Вуди Аллена «Бог».
Вуди Аллен - это такая витаминка. Каждый пожиратель голливудской продукции должен регулярно принимать ее, если не хочет, конечно, чтобы мозги его со временем покрылись толстым-толстым слоем шоколада. Надо отдать должное отечественному кинопрокату - он скармливает зрителю витамин под названием Вуди Аллен примерно раз в полугодие. Посмотришь, к примеру, «Голливудский финал» - и твой организм на два квартала вперед зарядился здоровой долей скепсиса, позволяющей и далее безболезненно потреблять голливудское кино.
Каждая страна должна иметь собственного Вуди Аллена - иначе не выжить. Должен же кто-нибудь (назови его хоть шутом, хоть Вуди Алленом) регулярно ставить подножку многозначительным истинам, рутинным аксиомам и забубенным штампам в искусстве. И того, и другого, и третьего у нас в избытке. Из-за этого негласный конкурс на замещение вакантной должности Вуди Аллена в русском театре тянется уже давно. Причем конкурс, надо сказать, весьма приличный - человек пять-шесть на место, не меньше. Имен называть не буду - они, возможно, и сами догадаются. Но Виктор Шамиров, конечно, - один из главных участников конкурса под названием «Быть Вуди Алленом».
Спародировать высокое, чтобы заменить его будничным, низменным, даже презренным - весьма последовательное кредо Шамирова. Таким макаром он, к примеру, когда-то обошелся с лермонтовским «Маскарадом» в театре имени Станиславского. Зрителю казалось, что, перед тем как перенести пьесу на сцену, ее сдавали в химчистку с единственной целью - вытравить оттуда всяческий романтизм, чтобы и духу от него, проклятого, не осталось. Правда, вместе с романтизмом из шамировского «Маскарада» был жестоко вычищен и сам Михаил Юрьевич, но, кажется, режиссера это тогда не слишком заботило.
В «Боге» («Древнегреческий домашний спектакль» - так он прописан в программке) Шамиров снова обращается к своей любимой теме: чудесное превращение высокого в низкое. К счастью, для этой цели Шамиров взял не «Орестею» и не «Царя Эдипа» (иначе получилось бы как с Лермонтовым), а выбрал себе прекрасного ироничного посредника в виде Вуди Аллена. Некий древнегреческий режиссер, исполняемый господином Шамировым, ставит самую что ни на есть древнегреческую трагедию, желая получить наконец-то главную премию на афинском театральном фестивале. Точно и смешно спародированы повадки среднестатистического режиссера и среднестатистического актера (в этой роли - Гоша Куценко) и их такая будничная, такая знакомая низость в рассуждениях о высоком.
В спектакле, проходящем под неумолчный хохот публики, могут принять участие и свалившийся с высоты deus ex machina, долженствующий обеспечить финал спектакля (а заодно и главную премию тщеславному режиссеру), и первая подвернувшая под руку зрительница (Динара Нурмухаметова из Алупки в исполнении Яны Львовой). Посреди спектакля на сцену, не чинясь, выходит и сам древнегреческий домашний бог (Александр Яцко), который с принижающими интонациями немедленно начинает зачитывать написанную в высоком штиле оду Державина «Бог».
«Я царь - я раб, я червь - я бог!», - говорят нам, прихлебывая винцо, древние греки, одомашненные режиссером. Не зазнаваясь, Виктор Шамиров отказывается от роли царя и бога, которая чаще всего приписывается всяким творцам вообще и режиссерскому племени в частности. «Мы - рабы! Рабы - мы!» - гордо сообщают нам актеры. Бог из машины ломает себе шею на наших глазах, но к трагедии о смерти бога это не имеет никакого отношения. Бог умер, но это ужасно смешно.
//Глеб Ситковский
Диабетус с Гепатитусом зажигают
Для того, чтобы понимать, что происходит "Под крышей" театра Моссовета, надо понимать, кто такой Виктор Шамиров. Для начала - знать, что появился он лет десять назад, как ученик Марка Захарова, поставив в Театре Советской Армии "Дон Жуана" Алексея Константиновича Толстого. Большую поэтическую пьесу А.К. до того практически не ставили, молодых режиссеров в тот момент на горизонте почти не было, зрители сидели посреди пустой огромной сцены ЦТСА рядом с актерами, а те - играли быстро, с какими-то равнодушными лицами, "пробалтывая" текст без эффектов и смысловых ударений, отчего он казался загадочным и новым. Потом уже мы узнали, что такое ровное, без интонаций, гудение на одной ноте - это актерский "ноу хау" самого Шамирова. Он всегда так играет. После "Дон Жуана" Шамирова назначили подающим надежды, и в этой должности он пребывал очень долго - почти до последнего времени.
Потом его имидж режиссера-экспериментатора сумел пристроить к делу Иосиф Райхельгауз (как некогда Эфрос, предложивший немолодому Юрию Любимову сыграть разлюбленного королем Мольера). В постановке "Чайки" на сцене Школы современной пьесы Шамиров сыграл Треплева - не очень молодого, угрюмого писателя, выглядящего рассеянным и равнодушным, отчего зрителям казалось, что все главные события в жизни этого замкнутого неврастеника происходят не на сцене, а где-то у него глубоко внутри, и стали подозревать в герое настоящий талант. Тогда же у Шамирова обнаружились и писательские амбиции: он писал пьесы, правда, постоянно представляя их под другими именами, но разумеется, такие секреты в театральном мире быстро раскрываются. На недавний драматургический конкурс, который проводился в той же Школе современной пьесы, он представил пьесу уже под своей фамилией и даже получил за нее одну из премий.
Режиссировал Шамиров тоже довольно много, но все больше в антрепризах. Из постановок в стационарных театрах вспоминают разве что "Маскарад" в театре Станиславского с Шакуровым в главной роли - не слишком выразительный спектакль, где главной "фишкой" была кроткая Нина - Ирина Гринева, - которая на балу безмятежно исполняла романс с энергично матерным финалом. Работая в антрепризах, Шамиров постепенно выработал бестрепетную и глумливую манеру обращения с классическими героями и пьесами, очень веселящую простодушных зрителей. Каждый из героев у него имел какую-нибудь "живинку": провинциальный говорок, нелепый акцент, дефект дикции, противный голос, тик, горб, подволакивание ноги, вызывающее виляние бедрами или стремление ущипнуть и тут же завалить всякую особь противоположного пола. Герои старых пьес бодро шутковали на темы братков и эрекции и ни к селу, ни к городу читали классические стихи с базарными интонациями, чтобы вышло посмешнее. Один из шамировских спектаклей вызвал даже маленький скандал: разгневанные критики один за другим заканчивали свои статьи словами "Шамиров - вон из театра!" или о том, что надо бы вызвать милицию, а театр, защищая свою постановку, пытался публично дать им острастку. Все разошлись, недовольные друг другом, а Шамиров продолжал игры, включаясь в свои постановки как автор и все больше уводя сюжеты от канонических. Спектакли превращались в солянку, в которой уже трудно было разобрать основной продукт, но зрители, приученные телевидением к мелкой нарезке, готовы были не искать в постановках цельности. Тот самый неискушенный зритель, который раньше закидал бы сцену помидорами, почувствовав, что не улавливает сюжет, теперь, как выяснилось, вполне готов удовлетвориться исключительно "прикольностью".
Одни спектакли Шамирова безнадежно проваливались, другие имели явный коммерческий успех (как "Ladies' Night", где молодые отечественные кинозвезды устраивали на сцене мужской стриптиз), но режиссер никогда не выказывал смирения рядового антрепризного постановщика, который обычно уходит в тень, застенчиво признается, что хотел только подработать и его задача - просто поставить спектакль, что бы тот "стоял". Шамиров с готовностью рассуждал о судьбах искусства, участвовал в теледискуссиях на тему: "Массовое - значит пошлое?" и всячески давал понять, что амбиции его много больше, и они не удовлетворены.
Для постановки на маленькой сцене "Под крышей" театра имени Моссовета Шамиров взял старую пьесу Вуди Аллена "Бог" - мешанину из стеба, классических цитат, иронических рассуждений о существовании бога и так далее, запакованных в коробочку древнегреческого сюжета о двух раздолбаях. Раздолбаи придумывают спектакль для фестиваля, который должен начаться буквально через три дня. Поскольку пьеса была написана до того, как Россия присоединилась к конвенции об авторском праве, по поводу прав режиссер не заморачивался и на черновиках Аллена сочинил свое собственное произведение.
Раздолбаями оказываются двое: автор и режиссер Диабетус, которого изображает сам Шамиров и актер Гепатитус в роли которого Гоша Куценко. (Имена-болезни принадлежат Аллену. Московским авторам принадлежит шутка "Простатитис-Оботритис - набирается курс в ГИТИС"). На сцене, оформленной свежеструганным деревом, за столом, на котором - глиняная посуда и свежие овощи (художник - Алексей Кондратьев), сидят два потертых мужика в живописных, якобы греческих тряпках (костюмы - Андрей Климов) и дребездят о себе, любимых. Действительно о себе.
Актер требует вина на опохмел, уверяет, что у режиссера в саду зарыта амфора, а тот не дает, они препираются, обсуждая будущий спектакль и как им нужна победа в конкурсе. Режиссер говорит, что актер уже протратил свой небольшой талант, что он - актер одной роли, выскочка, а актер горячится: "Кто главная коммерческая составляющая? Это я!". Режиссер видит будущего героя обыкновенным - хочет, чтобы он сопел, рыгал и пукал на сцене, а актер вопит: "Ты пойми, я ассоциируюсь с мужественным добром! Я Геракла играл!". И тут же поминает, что режиссер знаменит только своими скандалами, что критики пишут: "Диабетус, вон из театра!". Тут вспоминаются и спектакль с раздеваниями (в Ladies' Night, кстати, Куценко играл), и детская "Белоснежка" (ее Шамиров ставил для той же антрепризы) и так далее. Все это поначалу очень смешно, особенно для тех, кто понимает существо взаимных подколок. Вообще, как выясняется, строить спектакль из своей собственной жизни, ход весьма продуктивный. Если он, конечно, к чему-нибудь ведет.
Режиссер размышляет об искусстве, говорит о том, как надоела коммерция, и как было бы круто сделать спектакль часов на шесть ("о чем можно рассказать за 4 часа?") и чтобы первая реплика прозвучала часа через три после начала. А в конце актер час должен просто смотреть на зрителей. Еще эффектней было бы, чтобы его в конце убили по-настоящему. (Это все вполне опознаваемые отголоски нынешних театральных споров). А актер представляет себе в спектакле героическую картину: его теснят враги, а он прыгает с обрыва, превращается в баклана и "уходит в точку". "Я - баклан свободы!". Потом они обращаются к зрителям, требуя, чтобы их рассудили. Но одновременно с подсадной актрисой, которая называет себя Динарой Нармухамедовой из Алупки (Яна Львова), смотрит томно и щебечет о Саше Домогарове, на сцену на моем спектакле рвалась непредусмотренная зрительница, назвавшаяся директором салона красоты. Мужики вполне убедительно клеили и ту, и другую, а лишнюю потом огородами проводили обратно в зал. Потом "Динара" активно включается в действие, на сцене появляется Хор (немолодая актриса Нина Коновалова). Бестолково вьется Валерий Яременко, тоже не раз игравший у Шамирова - он с повадками коммивояжера пытается впарить главным героям "Бога из машины", а ему мешает молодой Павел Савинков, изображающий его сына: "Сыночка, не обсирай мне презентацию...". В конце концов, является Александр Яцко, возвещающий, что он Творец (правда неудачник) и всех тут, включая зрителей, он придумал. "Я настоящая, у меня сын в университете учится!", - блажит Хор. "Его тоже я придумал, - печалится Творец, - а он еще и пидарас к тому же". В антракте зрителей угощают вином из глиняных плошечек с надписью "Бог".
Спектакль идет вразнос, на мат уже вообще никто внимания не обращает, шутки, которые можно уловить, чередуются с полной ахинеей. Динара мечтает, чтобы ее как следует оттрахали и обсуждает проблему своего оргазма. Яцко, любуясь своим роскошным голосом, читает то Державина, то Шекспира. Заглядывает в глаза зрителям: "Господа, ради бога, подайте, кто, сколько может Творцу на осуществление новых проектов. Деньги пойдут на благое - на строительство театра "Афинский Глобус"!". Кто-то дает. Понимающие усмехаются: в перестроечные годы Яцко создал театр "Русский Глобус", где ставил и играл Шекспира, а небезызвестная контора МММ обещала выстроить для него копию шекспировского "Глобуса" в самом центре Москвы. Потом вся эта каша пытается сложиться в придуманный раздолбаями спектакль, где главного героя - циничного раба - Куценко играет в жанре ТВ-шоу с обращением к зрителям: "братки!". Царь-Яцко выходит с головой Иоанна Крестителя в руке: "Вы бифштекс заказывали? Макароны кончились". Все стремительно несется куда-то мимо и зрители окончательно перестают понимать, где они находятся.
В подзаголовке "Бога" стоит: "древнегреческий домашний спектакль". Он действительно домашний - капустник для своих, понимающих все приколы и готовых простить чрезмерности. Видно, что актеры ужасно веселились, когда все это сочиняли, да и сейчас не растеряли свой запал. Их друзья в зале тоже очень радуются. Но посторонний зритель остается в некотором недоумении. То есть, наверное, поначалу ему приятно, купив билет, попасть в компанию знаменитостей, которые ему подмигивают и на что-то весело намекают, хотя вообще-то они больше увлечены собой и собственными развлечениями. Но в какой-то момент зритель чувствует себя, словно на свадьбе - обознавшийся дверью: разгоряченные люди, страшно хохоча, рассказывают ему анекдоты, тянут плясать, а он не понимает в чем дело. А потом совсем теряет нить и замирает в печальных раздумьях - чужой на этом празднике жизни.
История, так ни во что не сложившись, завершается. На сцену выходит гончар и, крутя ногой свой круг, у нас на глазах спокойно вылепляет плошечку и маленький кувшинчик. Его окружают актеры, переодевшиеся в свое. По-видимому, имеется в виду: вот мы тут колбасились-колбасились без толку, а потом пришел человек и сделал что-то настоящее.
//Дина Годер
Уважаемые посетители сайта VipTeatr.Ru! В этом разделе вы можете прочитать отзывы других зрителей о спектакле "Бог", а также оставить свой собственный. Благодарим за проявленный интерес к нашему сайту!
