«Квартет И» - самый смешной театр в Москве. Каждый из их спектаклей это маленький юмористический шедевр. Зрители, приходящие на их спектакли, всегда получают большое удовольствие, массу положительных эмоций и огромную порцию смеха. В эту атмосферу праздника постоянно хочется возвращаться и проживать все эти мгновения снова и снова!
Мы встретились с «Квартетом И» в ДК. им. Зуева, где и задали им накопившиеся вопросы.
Расскажите как вы все познакомились, и как появился «Квартет И»?
Леонид Барац: Все очень просто .Мы все ( «Квартет И») поступили в ГИТИС в 1988 году на один курс, и там подружились, а где-то на четвертом курсе возникла мысль создать театр. Написали какой-то устав, пришли с этим уставом на курс. На курсе было 14 или 15 человек. И как-то все так сложилось, что кто-то был инициативнее, кто-то менее, кто-то организаторские функции взял на себя. Сережа (Петрейков – прим. автора ) вообще вложил свои деньги, которые мы ему отдавали в течении очень долгого времени.
Ростислав Хаит: Вложил свои деньги непонятно во что, а тогда это были очень большие деньги….
Леонид Барац: Мы первый спектакль ещё на курсе делали - «Это только штампы» и, собственно отсчет мы ведем с октября 1993 года, когда мы уже сами организовали свое выступление в учебном театре ГИТИС. Мы сами сделали декорации, это были огромные деревянные щиты. Нам пришлось их перетаскивать по Москве в руках, так как декорации не влезли в автобус, который мы заказали. А происходило все это как раз во время путча 1993 года… Потом мы поняли, что эти декорации не войдут и в то помещение, которое мы арендовали для их хранения. И мы затащили их к Сереже Петрейкову домой, точнее, на черный ход, где неделю красили - морили жильцов страшно, они все очень ругались. Потом мы играли в «Школе современной пьесы», и мы туда перетаскивали все декорации, и когда Райхельгауз это увидел, он был так впечатлен, что позволил нам разгрести соседнее помещение, в котором было тонн двадцать пять - тридцать макулатуры. Это там, где сейчас Гришковец играет. Там зимний сад, и мы подумали, что там классно будет играть. Райхельгауз сказал – «Ну освободите и играйте». Мы всю эту макулатуру выбрасывали прямо через окно, Вывезли пять КАМАЗов, а еще огромную гору сожгли прямо там, во дворе. После чего Райхельгауз сказал, что по пожарным соображениям в этом помещении нельзя играть.
Ростислав Хаит: А месяцев через восемь у пожарных были другие соображения…..
Леонид Барац: Ну, на самом деле Райхельгауз молодец, он пустил нас к себе в театр играть. Мы играли там «Мольера» довольно долго.
Расскажите пожалуйста про новый спектакль «День выборов», который вы собираетесь поставить?
Леонид Барац: Премьера нового спектакля «День выборов» должна состояться 1 октября. Возможно он будет называться по-другому. «День выборов» является продолжением спектакля «День Радио». В нем принимают участие те же действующие лица. За исключением персонажа, которого играет Михаил Козырев. По сюжету нас всех Эммануил Гедеонович засылает выбирать губернатора какой-то Приволжской области.
А Мишу не посылает?
Леонид Барац: А Мишу не посылает, но Миша там будет появляться – только на экране. В сценарии «Дня радио» где-то 26 страниц, а сейчас у нас для «Дня выборов» написано более 60 страниц. И теперь мы занимаемся тем, что выбрасываем нещадно довольно смешные вещи. Ну приходиться, потому что, невозможно огромное действо получается.
Будет ли группа «Несчастный случай» участвовать в новом спектакле?
Леонид Барац: Да, «Несчастный случай» будет, они вчера в спектакле «Актерский клуб» спели две новые песни. Одна из которых «Казачья» – совершенно фантастическая, на пять голосов, и при этом, с очень смешным текстом. По сюжету спектакля «День выборов» плывет корабль, на котором плывут музыканты и все герои, и там будет пять городов, в которых они будут выступать. В спектакле очень закрученный сюжет, короче говоря, с выборами у нас оказывается все нормально. Сейчас главное Кортневу засесть за написание песен для нашего спектакля, а то он был последнее время занят «Иствикскими ведьмами».
Происходили ли какие-нибудь смешные ситуации во время спектакля?
Леонид Барац: Ну, во время спектакля «День радио» «Несчастный случай» устроил нам просто «вырванные годы».
По сценарию Мишина мама, на вопрос знает ли она, кто такой Сибиряк, должна ответить: «Ну что ты сынок, это же Александр Сибиряк - знаменитый исполнитель…»,
А тут, значит, Миша спрашивает: - «Мама, ты знаешь такого исполнителя?»
И вдруг прозвучал категоричный ответ: «НЕТ»
И мы, склонившись над телефоном, понимаем что, в общем-то, и все ...это конец.
Миша, пытаясь выйти из этой ситуации говорит: «Мама, ну а вспомни все-таки», она опять говорит «НЕТ», а потом «Хотяяя….. » и дальше уже пошел нормальный текст.
Еще пирожки были измазаны дикой горчицей.
Козырев говорит: «Аня, я ем твои пирожки, вот смотри, видишь………» - и все, тут у него заканчивается голос, и раздается хохот «Несчастного случая» за кулисами!
Как Вам удалось заманить Михаила Козырева сыграть в спектакле «День радио»?
Леонид Барац: Доооолго мы его заманивали! Мы работали на «Нашем Радио» и подружились. Мы просто дали прочитать Козыреву пьесу, ему очень понравилось, все его сомнения отпали, и он согласился сыграть программного директора радиостанции «Как БЫ» радио.
Как Вы считаете, мог бы еще кто-нибудь сыграть роль, которую играет Козырев. И если да, то кто?
Ростислав Хаит: Один раз эту роль уже играл Михаил Полицеймако. Эту роль мог бы сыграть любой хороший актер, ничего тут особенного нет. Вот как Кортнев - никто не мог бы так сыграть и спеть.
Леонид Барац: Миша Полицеймако один раз заменял Козырева, и уже дважды заменял Марьянова и Виторганом в роли DJ. Универсальный такой человек. Он очень хороший актер, в куче сериалов каких-то мелькает. Раньше в театре Бородина работал, сейчас ушел оттуда. Играет в «Ladies night», там же, где и Марьянов. Каждый актер привносит в роль что-то свое, вот и Полицеймако появились какие-то новые штуки, когда он Мишу играет, но не хуже чем Козырев. Ушла фишка, когда Козырев играет как бы самого себя, но в смысле игры – нормально.
В этом-то и фишка, потому что приглашать Козырева играть, скажем, Гамлета - то наверно этого не стоило бы делать, так как он все-таки программный директор, а не актер. А играть программного директора - это да, тем более, что он очень артистичный. Мы когда начали репетировать, то стали пробовать ставить этюды, это то, что делают в ГИТИСе, такая проверка была для Миши, и он по-настоящему справлялся, совершенно на актерском уровне. Ну, правда, он мозгами больше работает, чем актерским нутром. Но, с этим все было в порядке.
Многие интересуются - можно ли будет увидеть Ваши спектакли в других городах?
Ростислав Хаит: Это очень сложно, потому что дорого очень. Мы один раз играли в Нижнем Новгороде, на каком-то фестивале, они и оплатили расходы. Чудесно нас там восприняли. Надо потратить огромные деньги, чтобы вывести «День радио» в другой город, потому что только на сцене занято человек 17, а еще декорации.
В «День Радио» Вы разные новости читаете или они у вас постоянные?
Ростислав Хаит: Новости у нас устоявшиеся. Вот если какие-то важные события происходят, то мы их добавляем, а так просто ленимся.
Как проходят ваши репетиции, репетируете ли Вы перед каждым спектаклем?
Ростислав Хаит: Нет, ну зачем перед каждым спектаклем репетировать.
Леонид Барац: Мы только последний месяц много репетируем «День радио», потому что, у нас много вводов. Когда только ставили спектакль, то отрепетировали все за 3 недели. Сережа Петрейков построил все по ритму, по тому, как будут проходить мизансцены, хотя они довольно простые. В смысле актерских дел, для меня, Славы, это самый легкий спектакль - там вообще не напрягаешься.
А какой самый сложный спектакль, Актерские игры?
Леонид Барац: Нет, он легкий, его всегда приятно играть, потому что всегда что-то новое, интересное. Для меня, Мольер самое сложное, потому что там много всего
Ростислав Хаит: Ля-комедия II
Леонид Барац: Надо грим и все такое… танцы, песни…
Ростислав Хаит: …не забыть.
Какие самые сложные ситуации Вам задавали зрители на Актерских играх?
Леонид Барац: Чем сложнее ситуация, тем интереснее.
Может, какая-то особенно запомнилась?
Леонид Барац: Вот мы недавно играли: Сторож на зимнем пляже и Телепузик, который услышал прогноз погоды не тот какой-то, что-то перепутал, и пришел купаться. Вот такая ситуация. Что-то разыграли. Было весело.
Вопрос про сериал «Деньги»…
Леонид Барац: Ооооо! Рассказываю. Пришел ген. продюсер ТВС Левин, посмотрел наш спектакль «День радио», и сказал: «Давайте делать сериал». Потом длилась эта история долго, что-то не получалось, когда она опять возникла, как раз в тот момент нам на НТВ предлагали то же самое, но мы выбрали, по настоянию Козырева ТВС. А потом появился Дыховичный, у которого была своя задумка своего какого-то сериала. Почему-то он должен был называться «Деньги», хотя он про радио. Он засунул туда все, что только мог, что называется «режиссер в ударе». Мы писали сценарий на три странички, потом их расписывали авторы, это снималось каждый день, снималось нормально, но вечером мы видели, что оттуда 50% выброшено, и все перемешено в совершенно неправильном порядке. И вообще, идиотски все было построено, так как мы не знали, что делают девочки, а они не знали, что делаем мы. Это было совершенно две разные команды, и вообще полный бред. Мы ругались и, в конце концов, не выдержали и ушли. Ну, короче, расстались мы врагами с Дыховичным, потому что он испортил нам идею. Хотя фильмы у него хорошие, но в этот раз он решил с женой поэкспериментировать видимо. Мы потеряли там кучу нервов, и написали открытое письмо, которое так и не опубликовали по настоянию того же Левина, который просил этого не делать пока идет сериал. Конечно, хочется, чтобы появилось то, что ты пишешь, но появилось в том виде, в котором ты написал, а не с переставленными предложениями. Или, например, мы снимали Мишу, он должен был говорить под звук дрели, только артикулировать, и не должно было быть слышно, что он говорит, потом заканчивалась дрель и, он должен говорить что-то типа «Понятно?». Мы это сняли. Миша поскольку знал, что он будет просто артикулировать - нес чушь: «Ребят вот сейчас сверлит дрель, этого не будет слышно, ну вы понимаете, я должен что-то говорить» - а потом все это было вечером на экране. Все это было сказано. Как к этому относиться? Сделали неправильный выбор, не настояли на своем, не смогли.
Есть ли у Вас какие-нибудь планы, связанные с телевидением?
Ростислав Хаит: С телевидением нельзя строить планы!
Леонид Барац: Да, к сожалению! Ну, что-то есть. Вот Александр Цекало предлагает «Актерские игры» сделать. Мы настолько в это не верим, ну потому что, как нам кажется….
Ростислав Хаит: Еще не настало время
Леонид Барац: То есть, наша аудитория довольно узкая - это Москва, ну и большие города. Рейтинги Петросяна показывают, чего хочет наша страна – этого мы дать не можем. Но может быть, наши телевизионные начальники поймут, что дети растут на телевидении. Своим детям они ставят хорошие песни, хорошие книги дают читать, хорошие фильмы смотреть, а не Петросяна. Может быть когда они заработают все деньги, которые они хотели….
Ростислав Хаит: А этого, как известно, не бывает никогда….
Леонид Барац: Так что, с телевидением у нас пока беда.
Какие у Вас есть еще планы на радио, может рубрику новую сделаете или еще что-то?
Ростислав Хаит: Все что вы слышите!
А что-нибудь новенькое появится?
Ростислав Хаит: Появится!
Леонид Барац: Мы как раз сейчас, наверное, снимем недостоверные глупости, потому что их написано уже больше 1000, и их писать больше нельзя, - из пальца уже больше ничего не высасывается. Чего-нибудь придумаем, какую-нибудь новую рубрику. Миша Козырев стал инициатором, надо, говорит, что-нибудь новое придумать.
Были ли у Вас случаи, когда артистам не понравились «черновики», которые вы раскопали?
Леонид Барац: Нет, такого не было. Единственное, нам Миша периодически говорит, что не надо эту песню, это же Земфира, она про ТАКОЕ поет! Мы говорим ему: «Миша, ну смешно же!» Миша: «Нет! Нельзя, она же может обидеться». Сами артисты никогда не обижались.
Ну, и последний вопрос. Кем вы мечтали стать в детстве?
Леонид Барац: В первом классе я написал, что хочу быть актером и хочу сыграть собачку. Бабушка хотела, чтобы я пошел в консерваторию и стал музыкантом, а папа хотел, чтобы я стал журналистом. Мы со Славой одноклассники, учились в Одессе. С седьмого класса мы занимались футболом, и уже точно знали, что будем футболистами, но когда в 8 классе нас захотели отправить в спортивный интернат в Киев, родители наши сказали «Нет!», и нам пришлось стать артистами. Поехали поступать в ГИТИС, поклялись друг другу на крови, что если кто-то не поступит, то другой, поступивший, тоже уедет обратно в Одессу. Думаю, что врали друг другу. Слава богу, что поступили вместе.
Светлана Линтварева http://www.radioday.ru/
Селиванова Алла
